В этом романе Казандзакис, испытавший в молодости влияние Ницше и Бергсона, переживший увлечение буддизмом и вдохновленный идеями раннего аскетического христианства, дал свою, отличную от канонической, трактовку образа Христа.

Отрицательно встреченный римско-католической церковью, роман был сразу занесен в список запрещенных книг.